Заразу выжигают и добивают химией
  Вход/регистрация

Заразу выжигают и добивают химией


Заразу выжигают и добивают химией
9 Августа 2016 | 357 Лагерь российских военных расположился на станции имени Владимира Нака, на 232-м километре железной дороги Обская – Бованенково. Мы добираемся сюда утром из окружного центра. Вертолет (в салоне пахнет хлоркой – в Салехарде он прошел дезинфекцию) мягко приземляется на кочки мха.

Прибывшие силы Минобороны разместили в двухэтажных общежитиях. А в комнатке вахтера у входа самое важное – медпункт. Военнослужащих осматривают там дважды в день. Всего в Ямальский район прибыло 276 человек, но в зараженной зоне работают только офицеры-контрактники. Ежедневно на опасный участок вылетают шесть команд по 13 человек, в составе каждой – военный биолог, следящий за соблюдением мер безопасности. На месте проводят до шести часов – в зависимости от погоды. По словам медработников, ни одного случая заражения личного состава они не зафиксировали.

Нам измеряют температуру, повышение которой – первый признак болезни, и выдают по пачке антибиотиков для профилактики. Правда, уже перед самым вылетом в очаг заражения выясняется: когда доберемся, группу журналистов из вертолета не выпустят. Протестуем, конечно, – даром что ли морально готовились с прошлого вечера? Но генерал-майор Валерий Васильев, командующий войсками радиационной, химической и биологической защиты ЦВО, непреклонен: впустую рисковать незачем. Только что он как раз провел совещание с вице-премьером Дмитрием Рогозиным, посвященное ситуации на севере Ямала. Чиновник подчеркивал: необходимо предпринять всё возможное, чтобы не допустить распространения инфекции и новых случаев заболевания. Так что за работой мы будем наблюдать издали.

Площадь зоны заражения – 15 на 27 километров. За иллюминаторами вертолета, идущего на минимальной высоте, обычный тундровый ландшафт, но вот внизу промелькнуло одно черное выжженное пятно, второе… Еще минута, и пассажирам открылась общая картина бедствия: костры, пожирающие останки павших животных, дымят там и тут. Возле них – серые фигурки военных в костюмах индивидуальной защиты. Трупы оленей через каждые метров 50–100. Зараженные стада нашли в этой местности свою смерть…

– Работаем двойным методом, – комментирует генерал-майор. – Первый – сжигание, оно уже само по себе убивает сибирскую язву. После дезинфицируем участок с помощью хлорной извести. Такой двойной удар по инфекции гарантированно уничтожает ее. Мы начали с мест массового падежа скота, затем будем проводить воздушную доразведку, определять координаты одиночных павших животных. Создадим мобильные команды, которые будут подлетать на вертолетах, сжигать их и дезинфицировать местность.

Вертолет снижается. В нескольких местах военнослужащие выбрасывают из зависшей над самой землей машины нарезанные автомобильные покрышки – отличное топливо для жаркого пламени. Забитый салон постепенно пустеет.
Посадка. В открытую дверь заглядывает… обычный человек. В простой одежде, даже без респиратора. Группа местных жителей помогает военнослужащим, отмечая туши павших животных, чтоб были видны издали. Все они привиты и вдобавок принимают антибиотики, так что язвы уже не боятся, поясняют наши сопровождающие. Но все-таки, перед тем как допустить людей на борт – в чистую зону, их облачают в средства индивидуальной защиты. Забравшись в салон, сотрудник «Ямальских оленей» Павел Лаптандер рассказывает: после начала падежа оленеводы сами устраивали в тундре скотомогильники. Их семь, в каждом – по сотне с лишним оленей. Теперь места захоронений надо обработать, но для начала отметить на карте – для того проводники и летят с нами. Еще они передают военнослужащим координаты чума, в котором ранее, как уже сообщал «КС», умерла пожилая женщина. По всем признакам она тоже скончалась от болезни, так что тело тундровички кремируют. Сжигать будут и имущество в опасной зоне, но после исследований.

– Возьмем пробы, анализы проведем и определим, необходимо ли это. Если будет чисто – оставим. Мы уже обсуждали с губернатором то, чтобы по возможности уничтожать меньше скарба. Сегодня еще раз переговорим на эту тему, – рассказал Валерий Васильев.
Мы снова приземляемся – и теперь уже все выходим из вертолета. Всё та же бескрайняя тундра, только чистая, не зараженная спорами «сибирки». Чуть поодаль – группа людей и множество оленей, живых и вполне здоровых.

Всего тут 2600 голов, и совхозных, и частных, говорит Гульнара Рогалёва, ветеринар МОП «Ярсалинское». Всё стадо, как и люди, привито, и уже девять дней тундровики не теряли ни одного оленя. Сейчас они каслают на точку, куда вертолетом доставят новые чумы, – там и разобьют чистое стойбище. Люди ведут упряжки, рогатые красавцы под лай собак, хоркая, пробегают мимо. Жизнь в тундре продолжается.

Источник : http://ks-yanao.ru/

Считаешь эту страницу интересной? Поделись со всеми


Комментариев пока нет.


Добавить комментарий!